Нужна ли эмпатия в бизнесе? Почему склонность к сочувствию не всегда полезна в управлении людьми? Что такое жесткая эмпатия, и как она помогает принимать справедливые решения даже в самые сложные времена?
Мы привыкли к тому, что эмпатия это однозначно хорошо. Как сказал Пол Блум, профессор психологии, признаться, что ты против эмпатии равносильно тому, что сказать, что ты ненавидишь котят! Как минимум тебя примут за странного человека.
Я люблю котят и в целом считаю, что эмпатия — это хорошее явление, которое часто лежит в основе добрых поступков и заботы о других. Хотя, конечно, не всё так однозначно…
Когда-то я писала дипломную работу на тему взаимосвязи эмоционального интеллекта EQ (склонность к эмпатии является важной составляющей EQ) и агрессивности. Когда я только начала работать над этой темой, я была уверена, что связь между ними однозначно есть: чем выше EQ и эмпатия в том числе, тем ниже склонность к агрессии. Но проведенное мной тестирование этой связи не выявило!
Потом я читала на эту тему многочисленные работы: у других психологов разных стран результаты были похожи — связь между эмпатией и агрессивностью довольно слабая. Получается, что человек, склонный к эмпатии, не обязательно будет «добрым волшебником», который вершит много благих дел. А человек с низкой эмпатией не обязательно будет агрессором, а даже наоборот, может быть великим доктором, который спас сотни жизней.
Этот парадокс, конечно, меня озадачил. Ведь долгое время я была убеждена, что хороший руководитель — это тот, у которого эмпатия однозначно хорошо развита. Как рассуждает Дэниэл Гоулман, знаменитый исследователь эмоционального интеллекта, понимание эмоций другого человека на работе создает атмосферу доверия и лояльности, и наоборот: если вы, как руководитель, показываете, что вам нет дела до чувств и интересов других людей, то это создает недоверие и дисгармонию в рабочих отношениях.
Это все на самом деле так, и люди хотят работать в таких командах, где начальник искренне интересуется делами своих подчиненных и проявляет о них заботу.
Однако мне, как HR менеджеру, всегда не давали покоя следующие истории: например, я была свидетелем ситуации, когда начальник проявил сочувствие к своей подчиненной, у которой был ребенок — в результате он разрешил ей работать два дня в неделю из дома. Это замечают другие коллеги, и их начинает такая ситуация раздражать, ведь кому-то оказываются особые привилегии. Вот тут-то и кроются «подводные камни» эмпатии, когда забота об одном приводит к несправедливому положению всех остальных.
В жизни это может быть уместно, ведь лучше спасти одного котенка или щенка, чем никого не спасать только потому, что всех на свете не спасешь. Как говорила Мать Тереза «Если я буду смотреть на толпу, я никогда ничего не сделаю. Если я посмотрю на одного человека, я начну действовать».
Однако в бизнесе склонность к сочувствию может приводить не туда, куда хотелось бы сердобольным руководителям. Согласитесь, если начальник будет смотреть только на одного из двадцати своих подчиненных и делать что-то для него, к чему призывала Мать Тереза, то его могут обвинить в предвзятости. На моей практике так оно чаще и было.
Еще один яркий пример, когда эмпатия приводит к несправедливым решениям — это время сокращения персонала. Вспоминаю забавную байку о сокращениях, придуманную в кризис 2008 года. Начальник вызывает своего подчиненного, чтобы сообщить ему об увольнении: «Сергей, я решил, что на выход с вещами пойдешь ты. У Николая ипотека, а у тебя нет. А ты сотрудник хороший, работу быстро найдешь».
Получается, что начальник посочувствовал Николаю, которому нелегко будет без работы выплачивать ипотеку. По отношению же к Сергею это крайне несправедливо, потому что судя по всему, он лучше работал и ипотеку не брал, стремясь сначала заработать, а не загонять себя в огромный долг на несколько десятилетий.
Таких реальных историй я, увы, наблюдала очень много: когда оставляли нерадивых сотрудников, но которым было из-за чего посочувствовать: дети, больные родители, ипотеки или просто потому что он приятный, но несчастный человек.
Если же эмпатия и сочувствие имеют такие побочные эффекты, то что же делать? Ведь руководители-«эмоциональные сухари», которые ничего не хотят знать о чувствах и интересах других, только распугивают сотрудников! Как правило, от таких менеджеров люди быстро уходят, не выдерживая постоянных претензий и требований.
Как-то я прочитала рассказ Александра Куприна «Капитан». В нем идет речь о плавании товарного корабля с повествованием от лица одного моряка. Плавание выдалось тяжелым: сначала корабль попал в двухнедельный штиль, потом в сокрушительный циклон. На корабле не осталось еды и воды, команда в предчувствии неминуемой смерти напилась рому, подняла бунт и решила утопить капитана. Капитан не растерялся и утихомирил толпу, одним выстрелом застрелив главного дебошира — кока. После чего спас корабль и команду, не дав натолкнуться кораблю на внезапно появившийся риф. В ближайшем порту Капитан сошел с корабля, а команда ждала неминуемого наказания за бунт.
Дело было под Рождество и каково же было изумление команды, когда к кораблю причалила шлюпка с провизией от капитана в честь праздника! Моряк взахлеб рассказывает, что после всей этой истории уважение к капитану стало невероятно высоким — команда готова была безропотно следовать за ним куда угодно, хоть на край света.
Тут я и задумалась, почему же команда так боготворила своего капитана? Ведь он проявил себя как жестокий руководитель, убив бунтаря, хоть и имел на это права по правилам морской торговли 19 века. Все дело в том, что он проявил жесткую эмпатию — сочетание высокой требовательности с заботой о команде. Он требовал жесткой дисциплины, а утихомирить толпу смог только совершив жестокий поступок. При этом не оставил команду в беде, несмотря на ее предательство.
Понятие жесткой эмпатии впервые ввели Роберт Гоффи, исследователь организационного поведения, и Гаррет Джоунз, Директор по персоналу BBC. Они пишут о том, что жесткая эмпатия — это равновесие между уважением к человеку и жесткой требовательностью к нему. Руководители, обладающие жесткой эмпатией, весьма требовательны и могут быть непримеримыми, но при этом четко знают, что нужно их сотрудникам: они готовы принимать справедливые решения по отношению ко всей команде в целом, они готовы учить своих людей и вкладывать в них силы и время.
Гоффи и Джоунз считают, что лучше всего жесткой эмпатии учиться у морской пехоты, где главенствует лозунг «Мужай или вали отсюда». Там никто не будет сочувствовать твоим слабостям, если видят, что тебе не хочется с ними справляться. А вот если ты выкладываешься на все сто, чтобы их преодолеть, тебя поддержут и всячески помогут.
Руководители, склонные к жесткой эмпатии, готовы сокращать своих людей, но делают это справедливо, с учетом профессиональных заслуг, а не личных обстоятельств своих сотрудников. Если нужно сократить 50 % персонала, такой руководитель твердой рукой отделяет 50 % с худшими результатами, оставляя 50 % лучших и не делает никаких исключений.
Я наблюдала таких руководителей и могу утверждать, что их подчиненные уважали такой подход и принимали его как единственно верный. Согласитесь, что руководителю, который входит в положение каждого, принять такое решение очень трудно. Он только эмоционально выдохнется, а справедливое для всех решение может быть так и не найдено.
По моему мнению, жесткая эмпатия — очень нужная компетенция для любого руководителя. К сожалению, встречается она не часто. Однако, если менеджер обладает интеллектом и накопленным жизненным опытом, то он сможет найти правильный баланс между требовательностью и искренней заботой о людях. Тогда даже, если от природы у него низкая эмпатия, это не помешает ему быть справедливым начальником, с которым захочет работать любой сотрудник!